Нейроиммуноэндокринная система кожи: локальные и системные эффекты топических агентов, внекожные проявления повышенной чувствительности кожи

Все привыкли воспринимать кожу прежде всего как защитный барьер, отделяющий организм от внешнего мира. Однако такое представление сильно упрощает её роль и функции. Кожа – это метаболически активный орган, в котором тесно связаны разные системы, включая нервную, иммунную и эндокринную. Воздействие на неё не всегда остаётся локальным. Оно может быть точкой приложения усилий в отношении здоровья всего организма. Это значит, что косметические средства, наносимые на поверхность кожи, способны оказывать системные эффекты, как положительные, так и отрицательные.

Понимание того, как на самом деле устроена кожа и какие функции она выполняет, позволяет иначе взглянуть на привычный уход и на дерматологические заболевания, плохо поддающиеся традиционному лечению. 

Строение кожи

Условно кожу разделяют на три основных слоя: эпидермис, дерму и гиподерму. Каждый из них имеет свой тип клеток, функции и мишени для активных веществ.

Самый внешний слой – эпидермис, его основные клетки – кератиноциты. 

Эпидермис непосредственно контактирует с окружающей средой и заканчивается роговым слоем, который долгое время было принято считать просто скоплением «мёртвых» клеток. Однако современный взгляд на кожу, в том числе подход корнеотерапии, кардинально изменил это представление. Хотя клетки рогового слоя эпидермиса действительно лишены ядра и фактически являются неживыми, сам роговой слой сохраняет метаболическую активность. Его состояние влияет не только на нижележащие структуры кожи, но и на процессы в организме в целом.

Глубже под эпидермисом расположена дерма. Здесь находятся фибробласты – клетки, которые синтезируют коллаген, эластин и отвечают за качество соединительной ткани. С косметической точки зрения дерма интересна для поддержки тургора и каркасных свойств кожи. 

Также она пронизана кровеносными сосудами, что принципиально важно, когда речь идёт о системном эффекте топических продуктов. Основная задача активов в таких средствах состоит в проникновении в дерму, что даёт им возможность пройти через сосудистую стенку и оказаться в системном кровотоке.

Самый нижний слой кожи – гиподерма, его основные клетки – адипоциты.

Кожа и нервная система: общие корни и непрерывная связь

Если рассмотреть строение кожи детальнее, эпидермис будет представлен многослойной структурой из разных клеток. На рисунке он выделен голубой рамкой, указывающей на происхождение его клеток.

Клетки эпидермиса имеют общее эмбриональное происхождение с клетками центральной нервной системы (ЦНС): они формируются из эктодермы. Часто их образно называют братьями-близнецами, разделёнными при рождении. Такое сродство даёт им возможность взаимодействовать и обмениваться сигналами. 

Ниже в дерме располагаются волосяные фолликулы, сальные и потовые железы. Но самое интересное, что здесь есть нервные волокна, обозначенные на схеме коричневыми разветвлениями, которые пронизывают дерму и достигают эпидермиса. Поэтому кожа – это не просто защитный барьер, а полноценный сенсорный орган. С её помощью организм воспринимает температуру, прикосновения и множество других стимулов (влажность, свет, ультрафиолетовое излучение, химические факторы).

Причём кожа не ограничивается ролью передатчика информации в ЦНС. Под воздействием разных триггеров её сенсорные клетки способны изменять собственное поведение. То есть внешний стимул не просто фиксируется и передаётся дальше, а может запускать локальные изменения непосредственно в коже. Рецепторы к нейротрансмиттерам, или сигнальным молекулам нервной системы, есть не только на мембранах клеток кожи, но и на её придатках – волосяных фолликулах, сальных и потовых железах, что позволяет нервной системе участвовать в регуляции самых разных процессов.

На увеличенном фрагменте справа на схеме крупно показано нервное окончание и расположенные на нём рецепторы. Отдельного внимания заслуживают TRP-каналы (TRPV1 и TRPA1) – это каналы транзиторного потенциала, которые участвуют в восприятии тепловых и химических стимулов и играют важную роль в контексте нейрогенного воспаления.

Что такое нейроиммуноэндокринная система кожи

Термин «нейроиммуноэндокринная система кожи» появился в 1998 году. Он означает тесное взаимодействие нервной, иммунной и эндокринной систем непосредственно в коже, где эти системы представлены самостоятельно. При развитии дерматологических нарушений сложно определить, какое из звеньев является первичным источником проблемы. 

Триггером воспаления может стать нервная система кожи сама по себе. В ответ на внешний или внутренний стимул нервные волокна синтезируют соединения, провоцирующие локальное воспаление в тканях, и первичный сигнал идёт из нервной системы. Из внешних стимулов спровоцировать такую реакцию могут высокая или низкая температура, ожог, УФ-излучение, химические вещества. Из внутренних – проблемы со здоровьем или стресс. Гормоны, выделяющиеся при стрессе, с кровотоком разносятся по организму, поступают в кожу и запускают ответную реакцию нервных окончаний.

Далее подключается иммунная система. Нервные окончания начинают синтезировать сигнальные молекулы, которые воздействуют на находящиеся рядом иммунные клетки, запуская провоспалительные сигналы. В результате формируется сложный взаимный обмен сигналами, поддерживающий воспаление. Также в ответ на повреждение тканей или инфекцию иммунная система может активироваться самостоятельно. На схеме выше показаны два типа сигналов (DAMPs и PAMPs), способных вызвать иммунный ответ. DAMPs – фрагменты молекул, ассоциированные с повреждением тканей, а PAMPs – молекулярные фрагменты, связанные с патогенами и инфекцией. Их распознавание иммунной системой запускает соответствующие реакции.

К фрагментам DAMPs относится популярный косметический актив PDRN (полидезоксирибонуклеотид), представляющий собой ДНК-материал вне клетки. Обнаружение такой ДНК расценивается клеткой как тревожный сигнал и стимулирует запуск процессов регенерации. Ещё один пример DAMPs – низкомолекулярная гиалуроновая кислота. Её определённые фракции способны выступать в роли сигнала повреждения и активировать воспалительный ответ.

Комплекс сигнальных молекул и иммунных клеток, синтезирующих провоспалительные соединения, объединяется понятием SALT (skin-associated lymphoid tissue) – лимфоидная ткань, ассоциированная с кожей. При активации SALT может воздействовать и на нервную, и на эндокринную систему кожи, и самостоятельно становиться очагом воспаления.

Третьим звеном выступает эндокринная система кожи. При системном воспалении в процесс вовлекаются эндогенные глюкокортикостероиды (кортизол). Клетки кожи, в частности кератиноциты, могут не только реагировать на присутствующий кортизол, но и самостоятельно его синтезировать.

При контакте с внешними стресс-триггерами (ультрафиолетовое излучение, повреждение, инфекция) эндокринная система сама может стать источником нежелательных кожных реакций. В этом случае активируется локальная система, подобная оси гипоталамус–гипофиз–надпочечники, способная синтезировать те же стрессовые гормоны непосредственно в коже. Эффект от их действия будет выражен кожными проявлениями. 

Между кожей и организмом существует двусторонняя связь. С одной стороны, с системным кровотоком в кожу поступают различные сигнальные молекулы. С другой, при больших очагах поражения, длительном вялотекущем воспалении в коже оно может приобретать системный характер: провоспалительный сигналинг достигает системного кровотока и распространяется по организму, оказывая влияние на удалённые органы и системы.

Таким образом, каждое из рассмотренных звеньев может стать источником нарушения или поддерживать уже возникший патологический процесс, что важно учитывать при создании косметических средств и назначении терапии дерматологических проблем. На коррекцию работы этих звеньев направлено действие нейрокосметических средств, которые рассматривают кожу как сложную систему взаимосвязанных нервных, иммунных и эндокринных механизмов.

Кожа как зеркало эндокринной системы

Связь между эндокринной системой и состоянием кожи хорошо известна. Многие системные гормональные нарушения имеют характерные кожные проявления: 

• чёрный акантоз, акне, гирсутизм – метаболические нарушения или гиперактивация оси ГГН;
• алопеция – гиперандрогения, аутоиммунный тиреоидит;
• витилиго – аутоиммунный тиреоидит;
• гиперкератоз, отёчность, пигментация, ихтиоз – гипотиреоз;
• гиперпигментация, телеангиэктазии – избыток эстрогенов.

Указанные изменения провоцируют гормоны и другие сигнальные молекулы, которые поступают в кожу с системным кровотоком. Однако клетки кожи способны не только принимать поступающие сигналы, но и самостоятельно синтезировать гормоны и нейротрансмиттеры: дофамин, серотонин, кортизол, АКТГ, окситоцин, эндорфины, ацетилхолин, ФНО-альфа, интерлейкины и др. Различные клетки кожи имеют рецепторы к этим соединениям. И результатом взаимодействия с ними могут стать конкретные изменения в коже: пигментация, избыточная или недостаточная активность сальных желёз, истончение или уплотнение кожи, гиперкератоз и др.

Что это значит на практике? 

Если присутствует компонент нейрогенного воспаления, акне приобретает устойчивость к антибиотикотерапии. Можно долго пытаться убрать его антисептиками, кератолитиками и другими средствами, не устраняя сам механизм, поддерживающий воспаление. 

Если кератиноцит слишком быстро или медленно дифференцируется и продвигается на поверхность, будет нарушена барьерная функция. А нарушенная барьерная функция – это первое, о чём нужно думать при аутоиммунных заболеваниях. Если у человека с аутоиммунным заболеванием, связанным с системным воспалением, нарушен биологический кожный барьер, антигенная нагрузка значительно усиливается, что работает как «масло в огонь» вялотекущего системного воспаления.

Хороший пример – клетки сальной железы. Как видно на схеме, на поверхности себоцитов расположено множество рецепторов к различным сигнальным соединениям, связанным с гипоталамо-гипофизарно-надпочечниковой осью, половыми гормонами, факторами роста и нейромедиаторами. Чёрными рамками выделены рецепторы, непосредственно имеющие отношение к ЦНС и нервной системе кожи. На активность сальных желёз влияет не только локальное состояние кожи, но и общее эмоциональное состояние, сигналы центральной и локальной нервной системы. В зависимости от этого может наблюдаться либо чрезмерное салоотделение, либо, наоборот, его угнетение. 

В правом нижнем углу схемы красным цветом обозначены термочувствительные каналы TRP-каналы. Триггеры, способные взаимодействовать с этими рецепторами, могут изменять работу сальной железы. Выраженным тропизмом к TRP-каналам обладают легколетучие фракции эфирных масел. И при использовании крема с эфирными маслами как антисептического или себорегулирующего средства можно получить неожиданный эффект усиления активности сальных желёз.

Другой пример – меланоциты, клетки, ответственные за пигментацию. На них могут влиять различные сигнальные соединения гипоталамо-гипофизарно-надпочечниковой оси. Кортизол, АКТГ, меланоцитстимулирующий гормон и последующие субстраты, получающиеся из проопиомеланокортина, участвуют в механизмах, связанных с регуляцией пигментации.

Кожа обладает значительной метаболической и эндокринной активностью. Кератиноциты, фибробласты и другие клетки способны самостоятельно синтезировать широкий спектр сигнальных соединений: 

• катехоламины;
• серотонин;
• мелатонин;
• гистамин;
• ормоны оси ГГН, гормоны щитовидной железы, стероидные гормоны;
• опиоиды;
• эндоканнабиноиды;
• холинергические нейромедиаторы;
• провоспалительные цитокины.

Некоторые гормональные соединения синтезируются непосредственно в коже de novo, другие проходят конверсию из неактивных форм в активные. 

Можно долго бороться с внутренними причинами, но не получать ожидаемого результата со стороны кожи. Нарушение, изначально инициированное за пределами кожи, в определённый момент может локализоваться в коже и затем поддерживать себя уже на местном уровне. Поэтому работа только с внутренними причинами без использования топических накожных средств часто не даёт результата. 

Отсюда следуют две задачи ухода: подобрать правильные средства, действительно соответствующие состоянию кожи, и избегать тех, которые способны активировать нежелательные сигнальные пути. Сам факт наличия ухода ещё не означает, что он приносит пользу: важно понимать, как он влияет на кожу и какие именно механизмы запускает.

Ось «кожа–мозг»: реакции на различные триггеры

На схеме ниже представлен эпидермис (разноцветные клеточки), который пронизывают свободные нервные окончания, способные улавливать различные стимулы: температуру, влажность, механические и химические воздействия, звук, свет. 

Стимулы, выделенные красным цветом, по большей части оказывают негативное влияние на кожу.

Гаптены – низкомолекулярные соединения, не обладающие антигенностью, но приобретающие её при увеличении молекулярного веса. Попадая в организм и связываясь с белками, они становятся заметными для иммунной системы и в таком виде представляют риск как вещества, запускающие аллергическую реакцию.

Микробиологические триггеры могут действовать как со знаком плюс, так и со знаком минус. Если речь об инфекционных агентах, безусловно, они провоцируют иммунный ответ. Это будет не только локальное воспаление с участием клеток местной иммунной системы, но и триггер для нервной системы кожи, дающей отклик на ЦНС.

Но интересно другое. Всем знакомы бактериальные лизаты – фрагменты бактерий после их разрушения. Бактерии культивируются в определённой среде, затем их жизнедеятельность прекращается и часть полученного субстрата используется в виде косметического актива. 

Производитель может предоставить легкорастворимые компоненты, которые являются продуктами жизнедеятельности бактерий и находятся в надосадочной жидкости. Многие из них обладают хорошим увлажняющим эффектом и могут корректировать pH кожи. Но в большинстве случаев такие активы имеют низкий pH. Для нервных окончаний, очень чувствительных к pH, это будет триггер. 

Для косметического технолога легкорастворимая фракция надосадочной жидкости очень удобна: её не нужно дополнительно стабилизировать в виде взвеси, достаточно просто ввести в средство. Но для пользователя, особенно с чувствительной кожей, такой состав может давать лёгкий кератолитический эффект, нежелательный при нейрогенном воспалении. 

Если же производитель предоставляет не среду, в которой росли бактерии, а сами нерастворимые фрагменты бактериальных клеток, их нужно дополнительно стабилизировать в средстве в виде взвеси, что представляет определённые технологические сложности. Но в этом случае исключается реакция на низкий pH и снижается нежелательное для чувствительной кожи влияние, связанное с кератолитическим эффектом. В результате получается тот же механизм воздействия на нервные окончания, но уже со знаком плюс. 

Косметические лизаты, как правило, получают из бактерий, способных оказывать успокаивающее влияние на нервную систему. Чтобы обеспечить желаемый положительный эффект для пользователя, задача технолога состоит в использовании именно фрагментов клеточной стенки бактерий, а не среды их роста.

Повреждение – ещё один негативный триггер. Любое повреждение тканей сопровождается физическим воздействием на нервную ткань.

Ультрафиолетовое излучение – мощный триггер, работающий в обе стороны. Оно не только запускает изменения в коже, но и влияет на центральную нервную систему. 

После пребывания на солнце у ряда людей часто рецидивирует герпес. Это связано с иммуносупрессивным эффектом УФ-излучения, реализуемого в том числе через диалог нервной системы кожи и ЦНС.

Ещё один пример – люди, зависимые от загара. В ответ на УФ-излучение кожа может запускать выброс β-эндорфинов, которые дают чувство радости, помогают справиться со стрессом. Этот системный эффект тоже реализуется через кожу.

Экополлютанты – мощные провокаторы нейрогенного воспаления и многих других нежелательных процессов в коже. Одним из их источников, например, могут быть продукты горения, попадающие на кожу при нахождении у мангала или использовании газовой плиты.

Что контролирует нервная система кожи

Все эти процессы уже были рассмотрены выше, но важно понимать, для чего это нужно с практической точки зрения. 

На нервную систему кожи можно воздействовать с помощью нейрокосметических активов, корректируя следующие параметры:

• тонус сосудов;
• температуру;
• качество барьерной функции;
• провоспалительный сигналинг клеток кожи и иммунной системы;
• скорость роста нервов;
• пролиферацию, дифференциацию и гибель клеток кожи;
• воспаление;
• ранозаживление;
• чувствительность.

Барьерную функцию нужно учитывать при любых проблемах. Для кожи качественный барьер имеет принципиальное значение. Если барьерная функция не будет восстановлена, попытки воздействовать на более глубокие структуры кожи могут закончиться неудачей или непродолжительным эффектом. Сохранность барьера – один из главных критериев долгосрочного эффекта, который получают как при работе с дерматологическими заболеваниями, так и при решении косметических задач.

Почему важна скорость роста нервов? Чем активнее они растут и чем меньше подвергаются апоптозу (разрушению), тем более чувствительной будет кожа. 

Чем больше нервных окончаний, способных воспринимать сигнал, тем сильнее может быть реакция кожи на различные триггеры. Высокая скорость роста нервов хороша при заживлении ран и репарации тканей, когда необходимо восстановить чувствительность. Но если кожа интактна, запускать такой процесс нежелательно. Но многие косметические активы, стимулируя клетки на определённые процессы, затрагивают рост нервов, поэтому людям с чувствительной кожей стоит быть особенно осторожными.

Ось гипоталамус–гипофиз–надпочечники–кожа: стресс и состояние кожи 

Психологический стресс усугубляет течение многих дерматологических заболеваний: псориаза, крапивницы, атопического и контактного дерматита, розацеа, себорейного дерматита и состояний, сопровождающихся повышенной чувствительностью, зудом, повышенным потоотделением и нарушением ранозаживления. Через системный кровоток гормоны стресса и провоспалительные соединения, поступающие в кожу, могут кратно усиливать клинические проявления перечисленных состояний. 

Психологический стресс нарушает целостность эпидермального барьера и снижает его регенерационный потенциал. Без работы с общей стрессовой нагрузкой восстановление барьера и лечение дерматологических состояний может оказаться малоэффективным.

Известно о существовании оси гипоталамус–гипофиз–надпочечники. Однако справедливо называть эту ось гипоталамус–гипофиз–надпочечники–кожа.

На схеме видны центральные сигналы – кортиколиберин и АКТГ, далее идёт сигнал в надпочечники по синтезу глюкокортикоидов и катехоламинов. Через системный кровоток эти сигналы поступают в кожу, и она запускает свой периферический ответ на стресс. Но также эти сигналы в кожу могут прийти извне. Например, стресс-ответ в коже может индуцироваться солнечным ожогом, а не эмоциональным стрессом. При этом будут задействованы те же механизмы, что и в оси ГГН.

На следующей схеме справа показано, как идёт синтез гормонов оси ГГН в коже. Результатом такой активации стресс-ответа кожи чаще всего становится выраженное повреждение кожного барьера. 

Что значит повреждённый барьер? Кажется, что если нет дерматологических заболеваний, то не стоит придавать этому значения. Но на самом деле барьер – залог хорошего внешнего вида кожи. Если он нарушен, кожа не может поддерживать нормальный уровень увлажнения из-за ускоренной трансэпидермальной потери влаги. 

Важно, какие гормоны активны в коже, на какие клетки они воздействуют и какие эффекты вызывают. В том числе это касается клеток гладкой мускулатуры и сосудистой стенки. Сосуды либо расширяются, что вызывает приток крови, покраснение или сосудистые звёздочки. Либо, наоборот, в случае с катехоламинами сужаются, и тогда в коже нарушается микроциркуляция.

При психологическом стрессе ключевую роль играет кортизол, который может оказывать негативное влияние на кожный барьер:

• снижение синтеза эпидермальных липидов (холестерин, церамиды, жирные кислоты);
• снижение скорости формирования ламеллярных телец (органеллы кератиноцитов, где по мере их созревания и движения к поверхности накапливаются липиды и их предшественники, необходимые для построения рогового слоя);
• снижение синтеза структурных белков эпидермиса (филаггрин, лорикрин);
• нарушение целостности плотных контактов;
• нарушение физиологичной пролиферации и дифференциации кератиноцитов;
• уменьшение размера корнеодесмосом.

Барьер отвечает за степень увлажнённости кожи. Липиды рогового слоя – одна из основных составляющих эпидермального барьера. Их недостаток приводит к сухости кожи, а затем и к обезвоживанию, поскольку влага начинает теряться быстрее. Кроме липидов для кожи важны белки и плотные контакты. На все эти моменты кортизол влияет в сторону ухудшения. Кроме негативного влияния на барьер, кортизол может запускать вялотекущее воспаление (инфламейджинг), затруднять заживление ран, вызывать склонность к синякам, чёрный акантоз, пигментацию, избыточную активность сальных желёз, выпадение волос.

Ниже на схеме строения кожи фиолетовой рамкой выделен роговой слой, отвечающий за сохранение нормального состояния внутренней среды кожи. Если посмотреть на него с точки зрения чувствительности, видно, как близко к нему подходят нервные окончания. При нарушенном барьере нервные окончания получают значительно больше сигналов, и склонность к чувствительности сильно возрастает. Отсюда следует, что хороший барьер – это ещё залог, что кожа будет менее чувствительной.

Нейрогенное воспаление: что запускает реакцию

Нейрогенное воспаление представляет собой воспаление, инициированное нервной системой кожи, а не инфекцией или непосредственным повреждением. Триггерный сигнал для его запуска может прийти изнутри или извне. В ответ на него нервные окончания (обозначены синим цветом на схеме) начинают синтезировать нейропептиды – сигнальные соединения, которые активно воздействуют на близлежащие клетки кожи и клетки иммунной системы. В свою очередь, эти клетки начинают отвечать на полученные сигналы, формируя своеобразный диалог.

Нейрогенное воспаление коварно тем, что трудно диагностируется: оценка его выраженности во многом субъективна.

Человек может считать себя обладателем чувствительной кожи, хотя на самом деле таковым не являться, и наоборот – всю жизнь иметь чувствительную кожу и не знать об этом. Здесь много тонкостей и нюансов, при этом объективный стимул отсутствует: нет инфекции, дисбиоза или другого очевидного фактора. Но появляются покраснение и неприятные ощущения: кожа жжёт, печёт, реагирует на косметические средства. 

Причина такого поведения кожи часто обусловлена нейрогенным воспалением. Оно стартует как воспаление нервных окончаний, но может разрастись в полноценный воспалительный процесс с распространением на клетки иммунной системы, что будет ещё больше его поддерживать. Нервные окончания начинают разветвляться, а чем их больше, тем сильнее чувствительность кожи.

Ещё один пример связан с участием тучных клеток. Триггером может быть психологический стресс. Кортиколиберин достигает кожи и активирует тучные клетки, которые являются носителями гистамина и одними из главных медиаторов аллергических реакций. В ответ на кортиколиберин тучные клетки начинают синтезировать определённые сигнальные молекулы (отмечены голубой рамкой на фото) или высвобождать уже накопленные. В результате воздействия гормонов стресса происходит дегрануляция тучных клеток с выбросом провоспалительных сигнальных молекул и гистамина, то есть классическая аллергическая реакция.

При этом стимулируется фактор роста нервов (выделен на схеме желтым маркером), а значит, этот же процесс начинает активно стимулировать рост новых свободных нервных окончаний, ещё больше усугубляя состояние. Возникает замкнутый круг: процессы поддерживают друг друга, и разорвать его возможно только при воздействии топическими средствами.

Также участником этого патогенетического процесса является ТГФ-бета, который часто используют в косметических целях для стимуляции активности клеток дермы, синтеза коллагена и эластина. Вопрос в том, насколько целесообразно в условиях существующего вялотекущего воспаления дополнительно стимулировать активность клеток. Если присутствуют хотя бы какие-то признаки нейрогенного или вялотекущего воспаления, к выбору косметических активов следует относиться крайне внимательно.

Помимо стресса активацию тучных клеток могут запускать и другие триггеры: бактериальные антигены, компоненты иммунной системы и факторы роста. 

Факторы роста особенно интересны в этом контексте, поскольку косметическая индустрия активно использует их в средствах ухода. Крупная молекула фактора роста не обязательно должна непосредственно проникать в дерму. Достаточно воздействия на кератиноцит – клетку эпидермиса. В ответ на этот контакт он синтезирует определённые сигнальные молекулы, способные пройти через дермоэпидермальное соединение, попасть в дерму и воздействовать на фибробласты.

Таким образом, эффект факторов роста связан с определёнными механизмами сигнальной передачи. Но это очень неоднозначный компонент, поскольку они участвуют не только в процессах, обеспечивающих положительный косметический эффект, но и в процессах, которые в условиях воспаления поддерживать нежелательно.

Розацеа – классическая модель нейрогенного воспаления

Розацеа – хороший пример для демонстрации нейрогенного воспаления и классика для применения нейрокосметических активов, в принципе появившихся для терапии именно этого заболевания.

Триггерами розацеа могут быть микробиологические агенты, ультрафиолетовое излучение, холодная или высокая температура, психологический стресс, раздражающие вещества. Причём раздражающие вещества не обязательно наносить на кожу, их можно употреблять внутрь. Ось «кожа–кишечник» тоже хорошо работает в части сигнальных молекул нервной системы, а не только за счёт физического транспорта каких-то более крупных соединений.

Указанные триггеры могут запускать: 

• толл-подобные рецепторы (TLR), которые распознают молекулярные фрагменты, ассоциированные с патогеном или повреждённой клеткой;
• кортиколиберин (CRH, кортикотропин-рилизинг-гормон), связанный со стрессом; 
• термочувствительные TRP-каналы.

Эти три основных пути приводят к ангиогенезу, росту и разрастанию сосудистой сети, воспалению, покраснению, жжению и дискомфорту.

Количество TRP-каналов при розацеа обычно либо больше, чем у здорового человека, либо даже меньше, но чувствительность их будет значительно выше. TRP-каналы опосредуют часто присутствующее при розацеа чувство жжения и провоцируют ненормальные ощущения в ответ на триггер, который в норме никакой реакции не вызывает. Может не быть покраснения, но кожа печёт и жжёт. 

Всё, что происходит в коже, в определённой степени влияет на весь организм. Когда воспалительный процесс нарастает, независимо от того, что было его триггером и какие молекулы в нём участвуют, при затяжном воспалении они попадают в системный кровоток и влияют на другие органы и ткани. У человека с розацеа с большой вероятностью есть проблемы с сердечно-сосудистой системой и, скорее всего, присутствует эндотелиальная дисфункция. Но ещё могут быть ярко выражены симптомы тревожного, биполярного, обсессивно-компульсивного и депрессивного расстройств.

Причиной розацеа является избыток TRP-каналов, чрезмерная активация которых приводит к дискомфортным ощущениям и к тому, что нервное окончание начинает синтезировать субстанцию P и кальцитонин-ген-родственный пептид (CGRP). О субстанции P косметический мир говорит очень много, поскольку она считается одним из факторов старения кожи и воздействует на нервную систему кожи. Вместе с CGRP они провоцируют расширение сосудов, повышение проницаемости и воспаление стенки сосуда, дегрануляцию тучных клеток.

В отношении TRP-каналов (TRPA1 и TRPV1), активных при розацеа, интересно, что они экспрессируются и в ЦНС. Именно этим можно объяснить, почему у людей с розацеа чаще наблюдаются депрессивные и тревожные расстройства. 

То есть механизм в коже и в ЦНС очень схож, поэтому дерматологическое заболевание нельзя оставлять без внимания. Нужна системная поддержка и отдельно средства, работающие с кожей на местном уровне, так как в ней происходит множество взаимодействий между клетками, которые необходимо контролировать.

С тучными клетками происходит то же самое. Дегрануляция тучных клеток приводит к избыточной активности матриксных металлопротеиназ. Для кожи это означает разрушение коллагена и эластина, а для тканей ЦНС – схожая картина наблюдается при депрессивном расстройстве.

Что активирует и поддерживает нейрогенное воспаление 

В целом провоспалительный сигналинг в коже и ЦНС одинаков. К триггерам, способным провоцировать активность TRP-каналов, то есть факторам, которых следует избегать, чтобы не стимулировать их активность и рост, относятся:

• краткосрочная сухость и обезвоженность кожи;
• психоэмоциональный стресс (кортизол);
• эфирные масла и их изоляты (одни компоненты могут снижать активность TRP-каналов, а другие повышать, то есть это всегда риск);
• активность фактора роста нервов;
• воспаление любой природы;
• нарушенный эпидермальный барьер;
• гистамин и гистаминолибераторы;
• проблемы с микроциркуляцией и лимфообращением;
• УФ-излучение;
• низкая и высокая температура.

Среди указанных пунктов особо стоит выделить кратковременную сухость и обезвоженность. На первый взгляд, здесь нет ничего необычного: после умывания можно забыть нанести крем и почувствовать лёгкую стянутость. Но именно в этот момент кожа через сенсорную систему передаёт сигналы в более глубокие слои.

Механическое натяжение влияет на все слои кожи: оно важно и для эпидермиса, и для дермы. Фибробласту необходимо находиться в слегка растянутом состоянии, чтобы хорошо синтезировать коллаген и эластин. Если натяжения не будет, он не сможет эффективно справляться со своей работой. Для эпидермиса, наоборот, чрезмерное стягивание кожи воспринимается как сигнал, который запускает фактор роста нервов. Даже кратковременное обезвоживание, ощущаемое как стянутость, стимулирует рост нервов в коже в течение последующих 48 часов и повышает риски нейрогенного воспаления. Очень важно не допускать неприятных ощущений и не оставлять кожу стянутой и пересушенной после умывания, так как в этот момент активируются TRP-каналы.

Примеры с псориатическим маршем и атопическим маршем показывают, что кожные заболевания никогда не локализуются там, где они себя проявляют. Это всегда системный процесс и коморбидные заболевания. Псориатический марш может сопровождаться субклиническим воспалением, инсулинорезистентностью, висцеральным ожирением, дислипидемией, гипертонией, диабетом 2 типа, сердечно-сосудистыми осложнениями. Атопический марш также имеет свои внекожные проявления. Он связан с провокацией со стороны антигенов, сенситизацией, иммунной системы, нарастанием воспаления и его систематизацией, поллинозом, эозинофильным эзофагитом, гастритом, астмой. 

Сигнальные молекулы кожи: возможные плюсы и минусы 

Сигнальные молекулы обеспечивают взаимодействие между нервной, иммунной и эндокринной системами кожи. Они могут запускать как положительные, так и нежелательные процессы. К ним относятся нейромедиаторы, нейропептиды, нейротрофические факторы, эндоканнабиноиды, опиоиды, гормоны.

Рассмотрим, какие косметические эффекты они оказывают и какие продукты ЭROSA работают с этими механизмами. Если сигнальная молекула провоцирует нежелательные процессы, продукт призван устранять этот эффект, а если её действие рассматривается как положительное, то поддерживать или воспроизводить его.

Ацетилхолин

Связан с мимическими морщинами и мимической активностью. 

Все средства с ботоксоподобным эффектом направлены на снижение его концентрации. С одной стороны, это имеет положительный эффект, поскольку ацетилхолин провоцирует зуд при атопии и способствует расширению сосудов. Но с другой, он может снижать воспалительный сигналинг (NF-κB, TNF-α, IL-1β), активность базофилов и тучных клеток.

Кроме того, ацетилхолин связан с активностью потовых желёз. Физиологичный крем-дезодорант ЭROSA действует через нервную систему кожи, в том числе через ацетилхолин. Не просто купирует запах, но и влияет на процесс потоотделения.

Также с этой сигнальной молекулой в контексте уменьшения мимических морщин работают липосомная сыворотка с пептидами C1 и крем для век и лица Ботокс-эффект и лимфодренаж.

Кальцитонин-ген-связанный пептид (CGRP)

Опосредует чувство боли, продолжительность и интенсивность зуда, сенсибилизацию нервных окончаний, рост нервов, расширение и повышение проницаемости сосудистой стенки.

Катехоламины

Нежелательными эффектами норэпинефрина и эпинефрина для кожи являются активация тучных клеток и сужение сосудов, что может приводить к ухудшению кровоснабжения и микроциркуляции. При этом катехоламины могут оказывать противовоспалительное действие и даже уменьшать меланогенез (пигментацию). Из продуктов ЭROSA с этими механизмами работает эмульсия-тонер для лица Экспресс-лифтинг и лимфодренаж. 

Факторы роста нервов (NGF) и нейротрофический фактор мозга (BDNF)

На эту группу сигнальных молекул направлен крем Эпинейропротектор. Это классический пример средства для снижения избыточной активности фактора роста нервов (NGF) и уменьшения чувствительности кожи. К влиянию на NGF относится сыворотка с ПДРН. 

Ещё в коже присутствует нейротрофический фактор мозга (BDNF). Его действие не всегда желательно, поскольку он может способствовать росту TRP-каналов и усиливать боль. BDNF подключается, когда есть необходимость в восстановлении тканей и чувствительности после повреждений, и в этом его роль оправдана. Но вне повреждений активность этой сигнальной молекулы лучше ограничивать.

Эндоканнабиноиды

Эндоканнабиноидная система играет огромную роль в коже. Способствует снижению зуда, боли, активности сальных желёз и тучных клеток, нормализации дифференциации кератиноцитов. Её точками приложения могут быть избыточное салоотделение, воспаление, избыточная кератинизация, псориаз, ихтиоз. 

На рецепторы эндоканнабиноидной системы (CB1 и CB2) способны воздействовать активы CBD-масла, а также по другому механизму с ней работают крем-эмолент питательный и масляная сыворотка-бустер. 

Опиоиды

Оказывают положительные эффекты. Способствуют нормализации дифференциации кератиноцитов, ранозаживлению, восстановлению эпидермального барьера, снижению активности меланогенеза, уменьшению боли и зуда. Из продуктов ЭROSA в этом ключе помогает эмульсия-тонер для лица Экспресс-лифтинг и лимфодренаж.

Серотонин

В большей степени оказывает провоспалительное действие. Усиливает провоспалительный сигналинг, проницаемость сосудистой стенки, зуд, отёки, пролиферацию кератиноцитов и фибробластов.

Вазоактивный интестинальный пептид VIP

По влиянию на кожу имеет и плюсы, и минусы. Способствует заживлению, повышению иммунной толерантности, снижению провоспалительного сигналинга, но может увеличивать проницаемость сосудистой стенки, усиливать дегрануляцию тучных клеток. 

Субстанция P

В основном рассматривается в контексте нежелательных процессов для кожи, таких как пролиферация кератиноцитов и фибробластов, провоспалительный сигналинг, активность тучных клеток, расширение сосудов. На уменьшение её негативного влияния направлена эмульсия-тонер для лица Экспресс-лифтинг и лимфодренаж.

Кортиколиберин

Относится к сигнальным молекулам с негативным влиянием на кожу. Усиливает дифференциацию кератиноцитов, провоспалительный сигналинг, меланогенез, пролиферацию фибробластов, активность тучных клеток и фактора роста нервов, сенситизацию нервных окончаний. Здесь также будет полезна эмульсия-тонер для лица Экспресс-лифтинг и лимфодренаж. 

Проопиомеланокортин (АКТГ, меланоцитстимулирующие гормоны)

Снижают пролиферацию кератиноцитов и провоспалительный сигналинг кератиноцитов и иммунных клеток, усиливают аккумуляцию нейтрофилов и меланогенез. 

Гормон роста

Не всегда приводит к положительному воздействию на кожу. Задача заключается в том, чтобы создать в коже среду, которая позволит получить от его применения пользу, а не вред. Усиливает пролиферацию фибробластов и себоцитов, активность сальных желёз. Способствует утолщению эпидермиса и дермы. Может провоцировать чёрный акантоз, гиперкератоз, гипертрихоз и ихтиоз.

Витамин Д

Как топический актив довольно интересен при условии, что рецепторы к витамину Д на клетках кожи исправны и чувствительны. Косметика, повышающая чувствительность рецепторов витамина Д, может снижать пролиферацию кератиноцитов и способствовать росту волос. Из средств ЭROSA с этим механизмом работает солнцезащитный крем SPF25.

Агонисты TRP-каналов

К ним относится группа сигнальных молекул, каждая из которых способна давать совершенно разные эффекты. Одни повреждают барьерную функцию, другие, наоборот, восстанавливают. Возможные эффекты: снижение салоотделения, повышение активности фактора роста нервов, сенситизации нервных окончаний, дифференциации кератиноцитов, воспаления, зуда.

Из линейки ЭROSA на TRP-каналы направлены крем Эпинейропротектор, Моделирующий крем-липолитик, крем для век и лица Ботокс-эффект и лимфодренаж и крем-акнелитик Базовый. 

Агонисты эктопических обонятельных рецепторов

Эктопические обонятельные рецепторы – это обонятельные рецепторы, расположенные вне обонятельного эпителия. Они локализуются в почках, сердце, печени, других органах и даже в коже, поэтому представляют интерес как точки приложения косметических активов. Так же, как и в случае агонистов TRP-каналов, сигнальные молекулы из этой группы могут давать разные эффекты. Одни стимулируют рост волос, другие замедляют. В целом они усиливают пролиферацию кератиноцитов, миграцию кератиноцитов, ранозаживление, меланогенез, провоспалительный сигналинг, чувствительность. 

Из линейки ЭROSA в этом направлении работают сыворотка для роста волос с трипептидом меди и несмываемая сыворотка для роста волос со стволовыми клетками.

Пути воздействия нейрокосметических активов

Исходное состояние внутренней среды кожи определяет не только действие косметического актива, но и функции сигнальных молекул.

Косметика ЭROSA корректирует эти механизмы с позиции достижения положительного эффекта для кожи. Однако нужно учитывать, что эффект косметического актива бывает непредсказуемым, если в коже уже присутствует нейрогенное или вялотекущее субклиническое воспаление. В таких условиях актив может проявить себя совершенно не так, как ожидается. То же относится и к сигнальным молекулам.

Поэтому так важно работать со снижением рисков нейрогенного воспаления кожи, восстанавливать эпидермальный барьер, предупреждать обезвоживание и создавать условия, при которых эффект от косметических средств и процедур будет максимально конструктивным.

К основным точкам приложения нейрокосметических активов относятся:

• эндоканнабиноидная система;
• система TRP-каналов;
• обонятельные рецепторы;
• рецепторы гормонов и нейромедиаторов.

Воздействие на обонятельные рецепторы и систему TRP-каналов может давать неоднозначный эффект. Например, когда при розацеа человек использует крем, предназначенный для снижения чувствительности кожи, но в результате состояние кожи ухудшается.

При создании крема от розацеа ЭROSA (крем Эпинейропротектор) наблюдался такой эффект. При попытке включить в формулу эфирные масла, которые должны были снижать чувствительность TRP-каналов, часть фокус-группы отреагировала не так, как ожидалось. Именно так проявляется бимодальное действие. В результате рецептура крема была полностью пересмотрена. 

Примером положительного эффекта нейрокосметических активов является крем для век и лица Ботокс-эффект и лимфодренаж. В данном случае речь идёт о воздействии на нервную систему кожи через ацетилхолин. При двухнедельном использовании крем продемонстрировал хорошие результаты по уменьшению глубины и выраженности межбровного залома. 

Этот же крем исследовали с помощью диагностического оборудования через 20 минут после нанесения. Было видно заметное сокращение количества мимических морщин, обусловленное воздействием на рецепторы, отвечающие за мимическую активность. При дальнейшем активном использовании мимики (прищуривании глаз) эффект будет ослабевать. Но тем не менее этот пример демонстрирует, что нейрокосметические активы способны давать быстрый результат.

Для крема Эпинейропротектор было проведено исследование на эксплантах кожи человека после абдоминопластики. Лоскуты кожи выдерживались в условиях, подтверждающих, что они сохраняют свои функции. Затем в них индуцировали признаки розацеа и выраженную чувствительность кожи. Один образец был отрицательным контролем, без применения крема, второй – положительным, с применением крема два раза в день. После 6 дней нанесения у отрицательного контроля (без крема) гистология продемонстрировала более рыхлый роговой слой, очаги воспаления и отёка. В положительном контроле, то есть в образце, который обрабатывался кремом, эти изменения были значительно менее выражены.

Системные эффекты косметических средств

Рассмотрим влияние косметики на отдельные системы организма на примере продуктов ЭROSA.

Лимфатическая система

Здоровье лимфатической системы тесно связано с кожей и играет важную роль в иммунном ответе. Если не поддерживать на должном уровне лимфообращение для всего организма, обеспечить здоровье и красоту кожи будет довольно сложно.

К продуктам ЭROSA, нейрокосметические активы в составе которых влияют на лимфатическую систему и тонус сосудов, относятся:

• Ароматизированный скраб/соль для ванны. При использовании в виде скраба обеспечивает дополнительное механическое воздействие, а в качестве соли для ванны – добавляется давление воды. Сочетание этих механизмов позволяет комплексно улучшать функции сосудов лимфатической системы и микроциркуляцию;

• Крем Ангиопротектор, позиционируется как продукт для поддержания здоровья вен и артерий;
• Крем для тела с бета-глюканами овса, в меньшей степени, чем Ангиопротектор, но тоже будет поддерживать здоровье вен и артерий;
• Крем-гель для душа Sol Mane. Можно использовать как концентрат для ванны, обеспечивая воздействие на лимфатическую систему через давление воды.

Жировая ткань и фибротические процессы

В линейке ЭROSA на эти процессы воздействует моделирующий крем-липолитик. Через нейроиммуноэндокринную систему кожи он оказывает влияние на адипоциты и жировую ткань. Способствует усилению моделирующих эффектов, связанных с уменьшением объёма и увеличением тургора, предупреждением фибротических процессов, которые часто сопровождают целлюлит и избыточный вес.

Аналогичным образом, но менее выраженно, работает крем для тела с бета-глюканами овса.

Противоотёчный и гормоноподобный эффект 

Нейрокосметические средства могут давать достаточно быстрый эффект, который часто ощущается уже вскоре после нанесения. Например, крем Маммопротектор помогает практически сразу после нанесения уменьшить болевые ощущения. Это связано с быстрым воздействием на сосудистую стенку и лимфоток: уменьшение (предупреждение) отёка снижает давление на нервные окончания, благодаря чему болевые ощущения уменьшаются.

Десенсибилизация нервных окончаний

По сути, десенсибилизация нервных окончаний – это борьба с чувствительностью, предупреждение нейрогенного воспаления. Наиболее эффективно в этом отношении работают три продукта ЭROSA:

• сыворотка с ПДРН;
• крем Эпинейропротектор;
• эмульсия-тонер для лица Экспресс-лифтинг и лимфодренаж.

Восстановление эпидермального барьера 

К средствам ЭROSA, восстанавливающим барьер кожи тела, относятся:

• моделирующий крем-липолитик;
• крем для тела с бета-глюканами овса;
• солнцезащитный крем SPF25.

Солнцезащитный крем включён в эту группу, потому что представляет собой обратную эмульсию, которая считается одним из самых мощных инструментов для восстановления барьера, уступая лишь ламеллярной. 

Для восстановления эпидермального барьера кожи лица и восполнения липидного матрикса предназначены:

• пептидные сыворотки C1-C4;
• крем Эпинейропротектор;
• крем-эмолент питательный;
• масляная сыворотка-бустер;
• ночной крем для лица;
• крем для век и лица Ботокс-эффект и лимфодренаж.

Все кремы содержат сбалансированную жирную фазу, соответствующую потребностям кожи. Отдельно среди них стоит выделить крем Эпинейропротектор и крем для век и лица Ботокс-эффект и лимфодренаж, так как они представляют собой ламеллярные эмульсии, очень быстро убирают сухость и восстанавливают потери липидов в роговом слое. 

Крем Эпинейропротектор дополнительно содержит комбинацию церамидов, состав и соотношение компонентов в которой тщательно подбирались с учётом потребностей чувствительной кожи. Сам факт наличия церамидов в составе средства ещё не означает его эффективность: важно, какие именно церамиды используются и в каком соотношении.

Восстановление эпидермального барьера возможно и другим путём. Например, с помощью пилинга, воспринимаемого нервной системой кожи как сигнал о том, что с её поверхности были массово удалены ороговевшие клетки. В ответ на такое повреждение барьерной функции запускаются механизмы её активного восстановления. Для этих целей отлично подходит деликатный пилинг на основе полигидроксикислот, безопасный для применения в любое время года и при дерматологических заболеваниях.

Также для восстановления барьера можно использовать крем-акнелитик Базовый. Акне тесно связано с нарушением эпидермального барьера. При работе с акне средств с жирной фазой часто избегают, отдавая предпочтение водным сывороткам и гелевым продуктам. Если при этом не восстанавливать барьер, усиливается нейрогенное воспаление, риск которого при акне и так очень высок. 

Крем-акнелитик Базовый здесь будет полезен тем, что, не являясь жирным продуктом (жирная фаза у него довольно спокойная), он воздействует на процессы построения эпидермального барьера. Он не даёт ресурса для того, чтобы клетки кожи им воспользовались и выстроили барьер, а стимулирует в них процессы по построению барьера. Такой подход позволяет избежать избыточной жирности средства, но всё равно обеспечивает хороший результат по восстановлению барьера. 

Кроме липидных компонентов эпидермальный барьер также включает белковые структуры, поэтому для его восстановления нужны и водные продукты, улучшающие белковую составляющую барьера и плотные контакты между клетками. Из средств ЭROSA для этих целей предназначены сыворотка с ПДРН и эмульсия-тонер для лица Экспресс-лифтинг и лимфодренаж.

Воздействие на центральную и автономную нервную систему

Ряд косметических продуктов ЭROSA влияет на уровень стресса, волновую активность мозга и автономную нервную систему. Это очень важно: если ЦНС посылает сигнал тревоги, кожа не может не откликнуться. Поэтому при проблемах с кожей крайне необходимы антистресс-мероприятия. Среди продуктов ЭROSA в этом помогают: 

• масляная сыворотка-бустер;
• ночной крем для лица;
• ароматизированный скраб/соль для ванны;
• дневной крем для лица;
• крем для тела с бета-глюканами овса;
• крем-гель для душа Sol Mane.

При выборе косметики важно учитывать не только заявленные свойства актива, но и состояние кожи, в том числе состояние эпидермального барьера и чувствительность. Такой подход позволяет выбирать средства более осознанно и снижать риск нежелательных реакций кожи.